В Казанском кремле проходит выставка «Искусство ковроткачества: эволюция смыслов». Это первая масштабная экспозиция в Татарстане, посвященная теме азербайджанского ковроткачества, его традициям и современному воплощению.
На вопросы газеты «Каспий» отвечает директор Азербайджанского национального музея ковра Ширин Меликова.
— Кто стал инициатором выставки в Казани?
— Наш музей. И руководство музея-заповедника «Казанский кремль» охотно откликнулось на нашу инициативу. Но идти к этому крупному достижению нам всем пришлось довольно долго. Сама идея выставки возникла еще в позапрошлом году, и детали подготовки были обговорены между нашими двумя музеями примерно тогда же. Но пандемия нарушила и наши выставочные планы…
— Насколько масштабна экспозиция?
— Выставочный проект «Искусство ковроткачества: эволюция смыслов», куратором которого я являюсь, призван отразить прежде всего тот удивительный факт, что каждая историческая эпоха накладывает на ковроткачество свой отпечаток. Другими словами, любой образец ковроткачества говорит с нами на языке своей эпохи и вместе с тем — на языке нашего времени. «Словами» этого языка служит дизайн той или иной композиции, значение ее орнаментов.
Именно это обстоятельство объединяет представленные на выставке традиционные азербайджанские ковры и авторские работы Чингиза Бабаева, работающего под псевдонимом CHINGIZ.
Чингиз Бабаев обратился к ковру на определенном этапе своего творчества — и именно потому, что только в ковровом искусстве смог отыскать визуальную стилистику, отвечающую его творческим устремлениям. Интересно, что его работы в этой сфере апеллируют к коврам сельджукской эпохи: экспертам по ковру эта связь отчетливо видна, а сам художник о ней никогда не задумывался и даже не подозревал об этой связи времен. Данный феномен трудно объяснить чем-либо, кроме как «голосом крови».
— Что включает в себя экспозиция казанской выставки?
— Экспозиция концептуально подразделяется на два тематических блока. Она открывается залом традиционных ковров из коллекции нашего музея. Экспонаты, представляющие традиции ковроткачества различных регионов Азербайджана, подобраны таким образом, чтобы стилистика их орнамента и художественное построение перекликались с коврами Чингиза Бабаева. В частности, среди этих традиционных ковров много таких, в орнаменте которых фигурируют родовые «тамги» древних тюркских племен. Эти традиционные произведения оппонируют новым, авторским коврам, вступая в неслышный диалог, преодолевая расстояния и время.
— Какой экспонат выставки можно назвать гвоздем программы?
— Все выставленные произведения тщательно отбирались, и среди них трудно назвать лучшее, потому что смысл был в данном случае не в том, чтобы блеснуть, к примеру, почтенным возрастом того или иного экспоната, или его отдельной, собственной интересной историей.
Если говорить о гвозде программы, то в его роли в данном случае выступает сама идея переклички времен в древнем ремесле нашего отечественного ковроткачества, очень наглядно и оригинально воплощенная в концепции данного проекта. Концепция эта сочетает в себе наиболее характерные, яркие, так сказать, классические образцы композиций нескольких групп ковроткачества Азербайджана и довольно специфичное, уникальное творчество видного современного художника, интуитивно обратившегося к истокам родного искусства.
— Удалось ли вам заметить реакцию публики?
— В первый день работы выставки прошла моя лекция и кураторская экскурсия. Рассказ об истории ковроткачества, традициях и обычаях, их потаенных смыслах, гармонии композиций и колорита, славной истории первого в мире музея ковра, нашей деятельности и проектах, достижениях в музейном деле, а главное — огромная роль в сохранении и возрождении ремесла — были в фокусе беседы.
Аудитория с интересом слушала, задавала вопросы, выражая восхищение, делая много фотографий, снимая видео, проникаясь магией азербайджанского ковра. Я хочу еще раз выразить благодарность очень профессиональной работе и гостеприимству коллектива Казанского кремля!
Верю, что выставка будет интересна зрителю, соберет много положительных отзывов и вдохновит на более глубокое погружение в океан коврового мира.
После лекции ко мне подошла женщина с лучезарной улыбкой. Она держала в руках пожелтевшую открытку с ковровой птицей, надписанную тогдашним директором музея Ройей Тагиевой. Оказалось, что Наиля Айметдинова работала в Музее ковра в 1986-1988 годах хранителем коллекции безворсовых ковров. Услышав, что мы открываем выставку, пришла со своим сыном. В ее глазах были слезы, она увидела свои любимые ковры, услышала о жизни сегодняшнего музея, на нее нахлынули воспоминания… Какие прекрасные встречи нам преподносит жизнь!
— Привезут ли казанцы какую-нибудь интересную экспозицию в Баку?
— Приоткрою немного завесу тайны: такие переговоры уже ведутся, и проект обещает быть весьма интересным. Однако говорить о тематике и даже приблизительной дате этой выставки пока еще очень рано.
